Логин:
Пароль:


Праздники, обряды, церемонии

- День оленевода, рыбака и охотника – праздник, организованный не так много лет назад, но он прижился и стал постоянным в Сургутском районе. Праздник проходит в конце марта месяца, когда оленеводы, охотники и рыбаки выходят из тайги и тундры, чтобы сдать продукцию традиционных промыслов по окончанию охотничьего сезона и пополнить запасы продовольствия, пообщаться между собой, пройти медицинский осмотр, решить возникшие проблемы, показать себя и свою удаль. Для последнего, организуются спортивные соревнования: гонки на оленях, гонки на снегоходах, прыжки через нарты, метание аркана, борьба, бой мешками, лазанье на столб, демонстрация национальной одежды и т.д., за что победители получают призы.
Данные мероприятия ежегодно проходят в г.п. Лянтор, с.п. Русскинская, п.Тром-Аган с.п.Нижнесортымский.
- Поклоняются коренные жители нашего района богу Торум, который для них многолик – Бог неба, Бог воды, Бог леса и т.д. У каждого хантыйского рода имеется свой общий Бог. Он находится на святом месте, расположенном в наиболее глухих и труднодоступных местах. На этом месте в определенное время, члены рода собираются для проведения ритуальных обрядов с участием шамана. Содержание ритуальных обрядов остаётся в тайне от посторонних (чужих не допускают), да и место расположение святых мест хранится в тайне.
- До настоящего времени у местных сторожил сохранилась церемония или "Медвежьи игрища".
Медвежий праздник или медвежьи игрища – наиболее древняя церемония, которая сохранилась и до наших дней.
Различные формы почитания медведя прослеживаются в археологических памятниках разных эпох и известны у многих народов мира. В Северной Азии культ медведя и медвежий праздник наиболее развиты у обских угров (ханты и манси), народов Нижнего Амура, кетов, эвенков, в Северной Америке у атапасков, в Японии – у айнов.
Медвежьи игрища проводились как периодически (один раз в семь лет), так и спорадически (по случаю добычи медведя). В последнее время у народов ханты и манси медвежий праздник проводится только спорадически.
Различные авторы по - разному обьясняют возникновение культа медведя у обских угров. Большинство исследователей, видят смысл медвежьих церемоний в стремлении помирить душу медведя с добывшим его охотником. В то же время, в культе медведя чётко отражается отношение к нему как к промысловому животному, возрождение которого на земле является очень важным для северных народов.
В зависимости от пола добытого медведя, медвежьи игрища проводятся 5 дней (если это медведь) или 4 (если медведица).
Самому празднику предшествуют несколько обрядово-ритуальных действий. Прежде всего, существуют строгие нормы разделки медведя – “раздевание, снимание шубы”. Добытого зверя “очищают” снегом или водой, при их отсутствии мхом, землей, шкура с головы и передних лап до кистевых сгибов не снимается и т.д. Затем медведя укладывают на специально изготовленный обруч, в так называемой жертвенной позе – голова зверя кладётся между его лап.
Когда медведь должным образом обряжен, проводится ритуал “вой тэтты пант” (хант.) – зверя проносимая дорога. Добытого медведя везут в стойбище или через все ближайшие священные места, делая остановки на озерах, реках, особо выделяющихся лесах и болотах, встречающихся на пути.
Подходя к селению, охотники четыре или пять раз (в зависимости от пола добытого зверя) кричат, оповещая жителей о приходе лесного гостя. Те в свою очередь должны встретить его с дымящейся чагой, окуривая охотников и зверя, очищаются сами, обрызгивая друг друга водой или снегом.
В селении сначала голову медведя устанавливают за священным углом дома и проводят обряд гадания. Под голову медведя кладутся священные железные предметы – ритуальные стрелы, нож. Присутствующие на церемонии, по очерёдности подходят к медведю и приподнимают голову. Если голова становится тяжелой, это означает, что медведь готов разговаривать с данным человеком. Прежде всего, у медведя спрашивают согласия на проведение игрищ. Когда согласие получено, определяется животное, которое необходимо принести в жертву, а также каким духом он хочет быть посажен по окончании праздника: домашним, родовым, местным.
С конкретной датой проведения игрищ определяются хозяева – охотники или охотник, добывшие медведя. Обычно приглашаются жители селения из близлежащих стойбищ, исполнители священных танцев могут приходить без приглашения. Все гости приносят с собой угощение для медведя.
Атрибуты для медвежьей церемонии (ритуальные халаты, рукавицы, шапки, стрелы, шкурки пушных зверей, маски) хранятся в специальных местах (священных ящиках) и достаются перед праздником.
Медвежья голова помещается в правый передний угол дома, который считается священным, и обряжается. На глаза и нос кладут монеты, сверху накидывается платок. Медведице надевают бисерные украшения.
Каждое утро перед головой зверя исполняется “песня пробуждения” – “нух киллтаты ар”, откидывается наброшенный платок. Когда медведь “разбужен”, перед ним должна обязательно стоять чаша с дымящейся чагой. Чагой также очищается всё, что подносится к медведю: еда, платки, шкурки. По окончании каждого дня игрищ медведю поётся “песня, укладывающая спать” – “ил вэлттаты ар” и на голову снова набрасывается платок или полотно ткани. Считается, что теперь медведь спит.
В зависимости от количества присутствующих на празднике знатоков фольклора, на медвежьих игрищах исполняется до 300 “номеров”: песен, танцев, пантомимических сценок, диалогов, кукольных представлений. Здесь сконцентрированы все виды народного творчества. Исполнителями всех фольклорных жанров на медвежьих игрищах являются мужчины. Они исполняют как мужские, так и женские роли. Единственное место, где женщина не только может, но и обязана показать себя – это женский танец, который исполняется каждый день по окончании цикла “звериных (медвежьих) песен”.

Медвежьи игрища – это особое пространство, противоположное обыденному, мирскому. День и ночь здесь как бы меняются местами. Церемония обычно начинается ближе к обеду и заканчивается под утро. Все дни праздника (за исключением последнего) похожи друг на друга и жестко структурированы.
Каждый день после пробуждения медведя исполняется несколько песен (3,5,7,9) “звериного цикла”. Количество исполнителей тоже нечётное. Три, пять или семь человек, взявшись за мизинцы, исполняют песню перед головой медведя, поднимая и опуская в такт песне руки. В основе “медвежьих” песен обычно лежит сюжет, в котором описывается встреча человека с медведем, “пропеваются” нормы поведения. Повествование идёт от лица медведя. В конце песни указывается, духом какого рода, или места становится.
Первая песня из разряда “звериных” – “песня о спуске медведя с неба” – “илы вухалты ар” несколько отличается от других. Это пенс –миф о небесном происхождении медведя, который наказан великим Торумом – Отцом за нарушение запретов. Небесный отец давал сыну наказ не трогать оленьи стада, не разорять лабазы, не разрушать могилы людей. Однако попавший на землю медведь, одолеваемый гнусом, обуреваемый голодом, забывает напутственные слова и творит разбой. За людей заступается Мать-земля, которая пророчит медведю небесную кару. Появляются охотники, убивают медведя, уничтожают его физическое тело, и с тех пор он становится смертным. Но бессмертная душа медведя должна вернуться к Небесному отцу.
После завершения песен “звериного” цикла, исполняются мужские и женские танцы. Каждый присутствующий на медвежьих игрищах должен станцевать для медведя, иначе обидевшийся зверь может причинить неприятности.
Вторая часть медвежьих игрищ – “дневные песни”, или “песни духов Миш” – “миш арат”. Они посвящены духам-охранителям отдельных родов, хозяевам рек, озер, лесов и т.д. Песни исполняются от имени пришедшего божества и описывают путь их следования от своего места до места проведения медвежьего праздника. В песнях также регламентируются нормы поведения человека на святых местах, где восседают духи. Уходя, духи Миш танцуют для присутствующих на игрищах “удачу приносящий танец”.
Третья часть медвежьих игрищ называется “нях арат” – “смешные (шутливые) песни”. Здесь исполнители выступают в берестяных масках, показывают различные сценки, в которых высмеиваются человеческие пороки.
Это наиболее динамичная часть медвежьего праздника, где зрители часто оказываются активными участниками происходящего действия, а в сюжетах разыгрываемых интермедий отражается сегодняшняя жизнь.
Четвертая часть медвежьих игрищ посвящена лесным божествам – менкам и называется “песни менков”. Исполнители этого цикла песен также выступают в берестяных масках, но, в отличие от “шутливых” – надевают на себя меховую одежду – гусь. Сначала “маски” показывают сюжет, как люди неправильно себя ведут в лесу, на воде или святых местах и за это наказываются. Затем исполняется песня – наставление, где регламентируются нормы поведения.
Структура медвежьих игрищ воспроизводится каждый день, меняются только сюжеты песен и сценок.
Отличаются от всех предыдущих последние день и ночь. В первой половине дня в целом структура праздника сохраняется, затем появляются новые персонажи – “муж и жена”, которые исполняют “святость отрезающую песню”. В своей песне они строго-настрого запрещают присутствующим произносить неприличные слова, совершать непристойные действия. Затем появляются якобы брат с сестрой, живущие в верховьях Иртыша, окуривают (очищают) все помещение и исполняют специальный “паутину размещающий танец”. Эти действия отделяют от всего предыдущего периода священную часть праздника, когда на игрища “приходят” божества, духи высокого ранга.
В зависимости от места проведения игрищ порядок и количество приходящих великих духов может меняться.
Общими персонажами хантыйских и мансийских медвежьих праздников являются Астый ики (хант.), или Мир сусне хум (манс.) – “за миром наблюдающий мужчина” и Калташ ангки (хант.), или Каолтащ эква (манс.) – Великая праматерь, дающая жизнь и определяющая судьбу каждого человека. Она также определяет места пребывания и функции всех Великих духов, которые по мифам приходятся ей внуками. У казымских хантов в круг Великих входят: Хинь ики – дух подземного царства (старший из внуков Калтащ), Вэйт ики – дух в образе чайки, покровитель стихий, Лев кутуп ики – середины Сосьвы мужчина (оберегающий оленьи стада), Ем вош ики – Священного города мужчина – дух в образе медведя, он является посредником между Нижним и Средним миром, и уже названный нами Ас тый ики – самый младший из внуков, функция которого – поддерживать порядок на Земле.
Все приходящие на праздник Великие духи исполняют свой священный танец. Последней обычно появляется Калтащ – ангки, которая поет песню-наставление о том, как следует вести себя мужчинам и женщинам, чтобы дети их были живы-здоровы.
Перед тем как Калтащ исполнит свой танец, присутствующие женщины набрасывают на нее платки. Считается, что платок, поддерживающийся на голове исполнителя все время, пока он танцует танец Калтащ, приносит удачу в семейной жизни. Завершается медвежий праздник появлением персонажей, изображающих различных птиц и животных. Они пытаются выкрасть оставшуюся душу медведя (остальные уже сопровождены на небо в ходе проведения праздника), чтобы он не возродился. Присутствующие на празднике криками отгоняют приближающихся к медведю зверей. Если никто из зверей не смог забрать эту последнюю душу, то она остается при медведе.
Есть еще одна (самая сакральная) часть праздника, на ней запрещено присутствовать детям и женщинам. Мужчины гадают о предстоящей охоте и поют “запретные песни”, посвященные последней, оставшейся душе медведя. Если медведь не согласен быть духом охранителем, то эту душу отправляют на небо, если согласен. То она остается с медведем.
В период Советской власти медвежьи праздники были запрещены, как имеющие религиозную направленность. С начала девяностых годов по инициативе и поддержке Ассоциации “Спасение Югры” медвежьи игрища на территории округа стали проводиться регулярно. Отдельные сцены часто показываются на различных фестивалях и праздниках, как на территории Российской Федерации, так и за ее пределами.
Медвежьи игрища обских угров вызывают неизменный интерес у исследователей. В декабре 1998 года японские этнографы спонсорами проведения медвежьего праздника на стойбище П.И. Сенгепова (р. Сюнь-Юган, Белоярский район), а в октябре 2000 года группа исполнителей (в числе которых был и 77-летний Петр Иванович Сенгепов) выезжала на фольклерный фестиваль в Японию.
По материалам Т.А. Молданова и Т.А. Молдановой

- Вурна хатл (Вороны день) – Торум ангки хатл (Богини матери день) по-хантыйски, Урин-эква хотал – по мансийски – изначально праздновался в день прилета ворон. Позднее он стал отмечаться 7 апреля, на Благовещенье, что связано, по-видимому, с христианизацией нашего северного края.
Прилёт вороны у обских угров связывался с приходом весны и тепла. Именно эти птицы первыми прилетают, начинают вить гнезда, громко каркают, как бы пробуждая природу.
На вороньем празднике кто-то из взрослых обязательно рассказывает легенду о вороне.
- Говорят, давным –давно ворона белой была. И жила она с людьми, в чуме. Но вот наступили трудные времена. Людям не то, что живность накормить - самим есть нечего стало. И отправилась ворона на поиски пищи. Недолго она кружила, увидела падаль, наклевалась вдоволь, повернула обратно. Встреитили ее люди и глазам не поверили:улетела птица белая, а вернулась – черная. А когда узнали, что наелась она падали, выгнали прочь из чума. Потому что, как бы ты не бедствовал, а до низости такой опускаться нельзя.
Погнали люди ворону, а она все равно к ним возвращается с первыми весенними ветрами. И они, как ни сердятся на изгнанницу, а рады ей. Ведь ворона – первая вестница весны на Севере. И еще, наверное, потому, что помнят люди те давние времена, когда все жили в мире и благополучии, а ворона была белой птицей.
Так повествует хантыйская легенда древняя, как сам народ, сложивший ее. В хантыйских и мансийских преданиях вороны выступают покровительницами женщин и детей. Мокрый цап (стружки из мягкой древесины, которые насыпались в детскую люльку) обычно складывались в одно место на окраине селения под пеньком. И ворона, прилетев с юга, в холодные дни садилась на эту кучку преющего цапа и грела свои лапки. А когда улетает ворона в теплые края, то на прощанье пролетает над селением и приговаривает: “Пусть больше появляется на свет мальчиков, пусть больше появляется на свет девочек. Когда вернусь сюда весной, будет где мне лапки весной погреть”. Старые люди говорят, что ворона – хорошая птица, она радуется рождению детей.
Вороний праздник раньше в каждом селении проводился по-своему. В тегах женщины для проведения обряда в этот день собирались в южной стороне леса. Готовили пищу на костре, устраивали стол, а кусочки еды кидали в сторону леса, как будто вороне, чтобы она принесла удачу, счастье, тепло, солнце. Обязательно делали поры (стол с угощениями) возле березы, приносили в дар духам ленточки, платки с завязанными в них белыми монетками. Кланялись, обращаясь к светлым духам (найнворт), и молились о благополучии, здоровье детей и взрослых.
В этот день устраивалась праздничная трапеза. Готовили саламат – мучную уху, разные рыбные блюда, пекли из теста золотистых птиц, угощали детей и друг друга.
В вороний праздник обычно соревновались в силе и ловкости, устраивали музыкальные состязания: кто кого переиграет на санквылтапе, кто знает больше мелодий. А молодые в этот день выбирали себе женихов и невест.
Материалы представлены:
С.А. Поповой – директором научно-фольклорного фонда манси,
А.А. Новьюховой – директором Тегинского Дома культуры (Березовский района)